3aвeщaниe младшего сына.

Новорожденный

3aвeщaниe младшего сына.

Вера не сводила глаз с вывески "Операционная". Буквы расплывались в глазах от многочасового ожидания, сердце бешено колотилось. Вера непрерывно теребила в руках любимую машинку Ванечки, её четырёхлетнего младшего сына: пластмассовый красный трактор с ковшом. Ванечка, конечно, сначала хотел синий трактор, как в мультике, но со временем прикипел всем своим пoкaлeчeнным природой сердечком к этой, подаренной любимым папой игрушке.

Наконец за мутными стелами показался мужской силуэт, двери распахнулись, и в коридоре показался уставший врач. Вера вскочила с места и бросилась к нему:

– Доктор, ну как? Как всё прошло? Как Ванечка?

Врач виновато опустил голову, сняв маску с лица:

– Вера Павловна, я сожалению… Мы сделали всё, что смогли…

***

Вера лежала на кровати сына, свернувшись калачиком. Подушка ещё хранила запах Ванечки. На зеркале напротив ещё был виден отпечаток его испачканной в печенье ладошки. Как же хорошо, что она не успела вытереть зеркало! Ведь он больше никогда не испачкает его. И никогда не склонит свою уставшую головку на подушку.

По обветренной щеке Веры скатилась очередная солёная слеза. Горе выжгло её сердце изнутри. Здоровое сердце. То, чего не было у Ванечки, её младшего ребёнка. Старший, Матвей, был здоров и уже относительно самостоятелен – ему было 18 лет и он учился в университете в столице. А Ванечка… Её нечаянная поздняя радость, которая обернулась огромным горем. Всю бepeмeннocть обследования показывали, что всё хорошо, и лишь перед родами абсолютно случайно обнаружили сложный порок сердца… Именно при радикальной коррекции что-то пошло не так и теперь больше нет её Ванечки…

***

Вера закрыла глаза, забывшись тревожным, беспокойным сном. И вот снова, как и все последние дни, она очутилась на солнечной полянке, усеянной разноцветными, ароматными цветами всех форм и размеров. Вдалеке стоял её Ванечка, улыбающийся своей неизменной улыбкой, в его любимой рубашке с машинками. В руках у Ванечки был большой букет из ромашек.

– Ванечка! Сынок! – воскликнула Вера, но Ванечка словно не слышал её, задумчиво перебирая лепестки ромашек.

Вера бежала по цветущему полю, раскинув руки для объятий. Но сколько бы она не бежала, Ванечка не становился ближе. Более того, он всё отдалялся и отдалялся от неё. Вера кричала от отчаяния, тянула руки, но достичь цели не могла. Вдруг Ванечка поднял на неё свои глазки, улыбнулся и растворился в воздухе. И только облако из лепестков ромашек медленно опускалось на землю…

Вера добежала до места, куда опустились лепестки и посмотрела себе под ноги.

"Москва, улица Краснослободская, дом 10а" – было выложено аккуратными, ровными буквами из белых лепестков на зелёной траве.

***

Проснулась Вера от телефонного звонка. Она посмотрела на экран смартфона: Матвей.

Читайте также:  О неожиданной для родителей агрессии девочек

– Да, сынок, – хрипло ответила Вера.

– Мамочка, я сегодня приеду, приготовь мне что-нибудь!

Вера натянуто улыбнулась. Хватит. Прошло почти три месяца с тех пор, как не стало Ванечки, но ведь у неё есть ещё старший сын! Пора хотя бы попробовать взять себя в руки и жить дальше.

– Конечно, сынок, что ты хочешь? Испечь блинчиков?

– Было бы круто, мам! Жди, я уже в автобусе, скоро буду!

Матвей старался приезжать каждый выходной, чтобы отвлечь мать и отца. Он понимал, каково им, ведь и у него самого всё болело внутри при мысли о младшем братике. Но жизнь продолжалась, и они должны были пережить горе все вместе. На то они и семья.

Вера через силу поднялась на ноги и побрела на кухню. Она открыла холодильник, пошарила по полкам, и, обнаружила, что дома нет молока. Её муж Виталий сидел на кухне и паял какую-то микросхему в ноутбуке. Он поднял на Веру глаза и спросил:

– Ты что-то хотела? Сходить в магазин?

– Матвей позвонил. Он едет, просил блинчики, – спокойно сказала Вера, – Молоко закончилось. Но я лучше сама схожу, развеюсь немного.

Виталий удивленно приподнял очки с переносицы. "Оживает потихоньку!" – подумал он.

Вера неспеша оделась и вышла из дома. Лёгкий весенний ветер приятно дул в лицо. Пели птицы, ветви деревьев приобрели салатовый оттенок, готовые вскоре покрыться молодой, сочной листвой. Природа оживала после зимней спячки. Вера вздохнула: "Эх, не увидел Ванечка своей пятой весны!".

Она тряхнула головой, отгоняя мрачные мысли, и пошла в сторону магазина.

***

Взяв с полки молоко, любимые конфеты Матвея, хлеб и курицу, Вера направилась к кассе. Внезапно из параллельного ряда, за полками, послышался знакомый смех. В груди у Веры всё сжалось от тоски: так смеялся её Ванечка. Она бросилась в ту сторону, откуда услышала смех, но успела заметить только скрывшуюся за полками детскую фигурку. Вера, прекрасно понимая, что этого не может быть, всё же направилась вслед за скрывшейся фигуркой ребёнка, по дороге сбив картонную вывеску с рекламой какого-то акционного товара.

Она наклонилась, чтобы поднять вывеску и обомлела: на вывеске, на белом фоне красными буквами красовалась надпись "Москва, улица Краснослободская, дом 10а".

– Ванечка, что же ты хочешь мне сказать? – прошептала Вера.

Домой Вера вернулась с мыслями о том, что всё это неспроста. Ванечка что-то хочет донести до неё, но что? Нужно посмотреть этот адрес в интернете. Но не сегодня. Сегодня приедет её единственный теперь сын, нужно встретить его как следует, и постараться держать себя в руках.

***

Вечер прошёл на удивление тепло и приятно, Вера даже находила в себе силы улыбаться, слушая студенческие истории сына. Матвей аппетитно уплетал домашнюю стряпню, а Вера и Виталий с умилением смотрели на него: ведь он их перевенец, и теперь единственный ребёнок. Наконец все разошлись по комнатам, ночь полностью вступила в свои права.

Читайте также:  Что будет дальше? Ребенка жалко.

Утомленная насыщенным днём, Вера очень быстро уснула. Проснулась она среди ночи от того, что отчётливо услышала, как из ванной комнаты раздаётся приглушенное пение. Сердце заколотилось, дыхание перехватило: она никогда и ни с чем не перепутает голос Ванечки. Он напевал свою любимую песенку из мультфильма про синий трактор…

Вера судорожно сглотнула слюну, встала с кровати и потопала в направлении ванной, стараясь идти тихо, чтобы не спугнуть "Ванечку". Как можно тише она открыла дверь, но, как и следовало ожидать, в ванной никого не оказалось. Слёзы покатились из её глаз.

"А чего я ждала? То, что Ванечка окажется в ванной? Ванечки больше нет! Это всё моё больное воображение!" – разозлилась на себя Вера.

Она подошла к раковине и включила воду, чтобы умыться и привести себя в чувство. Нет, пора прекращать мучить себя! Ради Виталика, ради Матвея! Вера умылась и взглянула на себя в зеркало: на неё смотрело её осунувшееся, бледное лицо с синяками под глазами.

Со злости Вера намылила руку и провела мыльной пеной по зеркалу, сама не зная, для чего. Вера смотрела на струйки пены, которые стекали вниз, совершенно неведомым образом принимая очертания букв: Москва, улица Краснослободская, дом 10а… За спиной повеяло холодком. Вера отчётливо услышала тонкий, детский голосок:

– Я жду тебя, мама…

***

– Ты чего не спишь? – Виталий приподнялся в кровати, разбуженный светом от экрана ноутбука.

Вера сидела в кресле, держа на коленях ноутбук и пялилась в экран.

– Виталик, подойди… Если ты почувствуешь то же, что и я, значит всё, что со мной в последние дни происходит, не бред…

Виталий, кряхтя, встал с кровати и подошёл к жене. Сердце его гулко забилось, он почувствовал невероятное тепло, когда взгляд его скользнул по фотографии маленького мальчика примерно четырёх лет.

Зиновьев Егор, 4 года – гласила надпись над фотографией. Родители Егора погибли в результате ДТП три года назад, воспитывался бабушкой. Полгода находится в детском доме, так как бабушка умерла.

– Этот адрес преследует меня в последние дни, – пояснила Вера, – его передает мне наш Ванечка…

Вера рассказала мужу о сегодняшнем сне, происшествии в магазине и в ванной комнате. Виталий после недолгих раздумий твёрдо сказал:

– Вера, мы едем в Москву…

***

Екатерина Алексеевна, директор детского дома на Краснослободской улице, вела Веру и Виталия по длинному, светлому коридору учреждения, непрерывно оборачиваясь и без умолку пытаясь объяснить ситуацию:

Читайте также:  А Вы, мама, больше здесь не живете

– Когда Егорка к нам попал, мы думали, что ненадолго. Он мальчик социализированный, развитый, воспитывался в благополучной семье, хоть и бабушкой. Его трижды пытались усыновить, но он при виде потенциальных усыновителей замыкается в себе и не идёт на контакт. Я не знаю, как в других детских домах, но у меня совесть не позволяет насильно отдавать ребёнка туда, куда он ни в какую не хочет. Он говорит, что за ним придут его мама и папа и он их узнает. А в последние месяца три у него появился воображаемый друг, Егор называет его Ванечка. И вот этот Ванечка будто бы недавно ему сказал, что мама и папа скоро придут за ним.

Вера и Виталий переглянулись. Неужели их умерший сын решил помочь несчастному сироте?

– В общем, не знаю. Посмотрите, познакомьтесь. Может, вы растопите его сердечко, – резюмировала Екатерина Алексеевна, распахнув дверь в игровую комнату.

Вера сразу узнала его. Маленький, худенький, он сидел на коленках в окружении других детишек и собирал башню из кубиков, напевая любимую песню Ванечки… Егорка обернулся, бросил кубики, вскочил на ножки и бросился к Вере и Виталию с криком:

– Мама, папа!!! Я знал, что вы придёте!!!

***

Ускорению процесса усыновления поспособствовала сама Екатерина Алексеевна. Она была искренне рада тому, что Егорка наконец пошёл на контакт с семьёй Веры и Виталия. К тому же когда она узнала о смерти их сына, она ещё сильнее растрогалась. Уже через месяц Вера, Виталий и Матвей приехали за Егоркой, чтобы забрать его навсегда. Перед выходом Егорка внезапно выдернул свою ладошку из рук Веры и сказал:

– Мама, подожди! – мальчик оглянулся куда-то вдаль, в конец коридора, – Там Ванечка, он хочет с нами попрощаться!

Сердце Веры в очередной раз сжалось от грусти. Но теперь это была светлая грусть, с пониманием, что ничего изменить нельзя, но нужно жить дальше. Тем более, теперь от неё зависит судьба маленького Егорки, который пустил их с Виталием в своё хрупкое, ранимое сердечко. Она никогда не забудет своего Ванечку, всегда будет его любить – но сейчас у неё появился ещё один человечек, ради которого она должна быть сильной.

Егорка побежал в конец коридора, к окну, постоял там немного, обернулся и побежал обратно, к своим маме, папе и старшему брату. А за тем окном, где стоял Егорка, с широкого оцинкованного отлива откуда ни возьмись взвился красивый белый голубь. Он облетел здание, покружился над головами Егорки, Веры, Виталия и Матвея у улетел ввысь, растворившись в облаках.

Источник

Оцените статью
SayMama.ru
Добавить комментарий