Ах если бы Татьянкин отец принял её жениха…

Семейна жизнь

Ах если бы Татьянкин отец принял её жениха…

Как часто родители, желая детям лучшего, ломают всю их жизнь, внося полный раздрай в душу. И хорошо, если на жизненной дороге встретится человек, который поможет унять душевную боль.

Эта история произошла в те давние времена, когда в нашем маленьком городишке женщины еще белье в реке полоскали. Вдоль берега в нескольких местах устраивались тесовые плотики, плотомойки, с дыркой по центру, в этой дырке и полоскали обычно белье. Постираешь, подхватишь тазик и на реку, а если белья не одна корзина наберется, то полощешь и полощешь, только пот с лица рукавом утираешь. Это я к тому, что вся история именно с этой плотомойки и началась. 

У бабки Елены, которая на другом берегу речки жила, поселились рабочие, приехавшие на сплав, их тогда в наших краях полным-полно было. Многие переженились да и остались навсегда, а некоторые только семя свое оставили, подросли со временем ребята, не знающие своего роду-племени.  Так вот как-то пришла на плотомойку главная красавица с нашей улицы, Татьянка Федина, притащила корзину с бельем, полощет и полощет, никуда не торопится, а сама то и дело глазами на Еленино крыльцо зыркает, все будто ждет кого-то. Да и понятно кого, дружок у нее там завелся, из приезжих, чернявый, верткий, Романом звали, то ли цыганенок, то ли просто каких-то южных кровей. Наши бабы уж не раз замечали, что появлялся он у Татьянки под окошком, принесет ей горсть земляники, высыплет на подоконник  и бежать, никогда, бывало, девичий сон не потревожит. Но она ведь знала, уж бабы да знали, а она и подавно. Только что-то у них не склеивалось, не решался чернявый вплотную к нашей Татьянке приблизиться. А тут случилось. Выскочил он на крылечко, махнул через речушку прямо в одежде, и к Татьянке:
– Давай корзину донесу…

Она только плечом повела, неси, мол, не жалко. И пошли вверх по Никольской горе. Медленно шли, останавливались, Татьянка цветы собирала, а он, затаив дыхание, любовался ею, еще не понимая, что шаловливый мальчишка-Амур уже пустил свою волшебную стрелу и в ее сердце. И все бы сладилось у молодых, если бы не вмешались родители. Отец, почуяв неладное, начал следить за Татьянкой, боялся, что соблазнит ее чернявый, соблазнит да и бросит, как уж с бабами после войны не раз случалось, были примеры. Ходил Федор за ними невидимым бесом, готовый в любую минуту вмешаться и разнести всю их любовь в мелкую пыль. Таился, таился да как-то и задремал, пока ночной темноты дожидался.

Читайте также:  Свекровь сказала, что ей не нужны «чужие» в семье

Ах если бы Татьянкин отец принял её жениха…

Упорхнули пташки, скрылись от родительского глаза. Вот уж и месяц спрятался за тучку, и звезды начали таять, пора бы Татьянке домой возвращаться, а то не миновать беды. Только любовь любовью, а голова у девки на плечах была. Рванулась из любимых объятий и побежала к дому, а отец ее встретил вожжами, бил, пока не повалилась ему под ноги, а как только оставил, сам умахался, еле до крылечка дополз, она побежала на берег, на то место, где остался ее чернявый. Упала в объятия и растаяла. В это утро и расплел он ее пушистую косу.

Снился берег родной реки

 А днем чернявый пришел к Татьянкиным родителям:
– Я вашу дочку в жены взять хочу…

– А вот этого не хочешь? – сжатый кулак отца замаячил перед носом. Чудо безродное, ты откуда здесь взялся? Опозорить мою семью решил? Чтобы близко твоей ноги около нашего дома не было… И шалаву эту запру, все ее гулянки теперь в чулане будут…
– Украду! Слышишь, Татьянка, я тебя украду! Жди…
– А ты попробуй, ружье у изголовья все время заряжено стоит…

Выбежал чернявый, не попрощавшись, то ли ружья испугался, толи гордость свою перебороть не сумел. А через неделю Татьянка услышала от матери, что всю их бригаду перевели в верховья реки, будут штабеля леса в реку окатывать.

Прошла еще неделя, и Татьянка поняла, что беременная. Долго матери ничего не говорила, но та ведь не дурочка, сама все поняла и как-то уговорила отца отправить ее к тетке в далекий областной город. Расчет был прост, тетка в больнице работала. Так все и вышло, как мать задумала, сделали Татьянке аборт, а потом тут же, при больнице, и работать устроили. Часто на чужбине снился ей берег родной реки и то их последнее с милым свидание, только исчез ее чернявенький, ни слуху о нем, ни духу. А спустя какое-то время начал за ней ухаживать доктор, вдовец, старше ее лет на пятнадцать, девочка у него была, школьница. Ходила к отцу на работу, там и подружилась с Татьянкой, Татьянке ведь тоже надо было с кем-то словом обмолвиться, одна-одинешенька, чувствовала, что тетка всей душой мечтает избавиться от такой квартирантки. И поэтому, когда вдовец пригласил ее к себе на постоянное жительство, она, особо не раздумывая, согласилась. Стала в его квартире хорошей хозяйкой, дочери не столько мачехой, сколько подружкой. Только вот женой для своего доктора была никакой. Он уж к ней и так, и эдак, и ребеночка у нее просил, но ничего не получалось. От каждого его прикосновения вздрагивала, будто холодные пауки по телу ползали. Он терпелив был, когда к родителям в гости ездили, виду не показывал, что у них все так плохо. Только однажды, застав ее на берегу реки, рыдающей в голос, он понял, что любовь ее осталась в этом городишке, что душа ее здесь, а тело без души – пустое место. Поговорили, попечалилась она ему, он ей о своей покойной жене рассказал, которую любил больше жизни.
– Да если бы я знал, что она жива, я бы сквозь огонь и воды прошел, чтобы найти ее, значит, не так крепко он любил тебя. Да и ты… Почему не ищешь?

Читайте также:  Ты не хочешь работать, а я не хочу с тобой жить...

На следующий день с утра, принарядившись и, впервые за последние годы, распустив свою пушистую косу, она поехала на другой конец города, где жила ее бывшая одноклассница, которая, по слухам, вышла замуж за одного из рабочих той бригады. 

Ах если бы Татьянкин отец принял её жениха…

Полотенце плывет и не тонет

Калитку открыл сам хозяин, удивился, увидев ее.
– А ты откуда взялась? Мы искали тебя…
– А почему вы?
– Ты разве ничего не знаешь?
– Чего я не знаю? – спросила Татьянка, чувствуя, как в глазах закипают непрошеные слезы.

Мужчина внимательно посмотрел на нее.
– А ты вправду хочешь это знать?
– Говори…
– Только не падай, держись… Ромки больше нет…
– Как это нет? Уехал что ли?
– Уехал. Навсегда. И куда, тебе этого лучше не знать…

В этот момент на пороге появилась Наташка, обняла, прижала к себе.
– Ты все еще любишь его?
– Только его и люблю, там, на чужбине, я однажды увидела странный сон, мне приснилось, что он живет в каком-то подземном царстве, что он приехал за мной на коне и хочет забрать меня с собой. Я белье полощу, а он спрыгнул, протянул мне землянику в горсти, а она красная, красная, как кровь. Я испугалась, полотенце из рук выронила, и оно поплыло по течению. А он прыгнул следом и поплыл за ним, так и скрылся из виду… Что за глупость приснилась, до сих пор не пойму…

– Да все правильно тебе приснилось, погиб Ромка. Он тогда пришел от тебя сам не свой, как чумовой, метался. Сказал нам, что вот еще сезон отработает, денег скопит и украдет тебя. Он же детдомовский, ему никто не помогал. За любую работу брался, даже за самую рискованную. Раздавило его бревнами, так и плыл по реке весь в крови. И хоронить его было некому, скинулись с ребятами да и похоронили, скромненько, тихо. Тебя хотели найти, но ты же куда-то уехала…
– А могила? Где его могила?

Читайте также:  Что делать, если вы накричали на ребёнка?

– Так там, в Клину, около самого входа, наверное, и памятника нет, кто его поставит? 
На следующий день они с мужем отправились на то старое заброшенное кладбище, могилу нашли без труда, удивились, что на могиле стоит аккуратный деревянный крест с крышицей, такие ставили на деревенских кладбищах в старину. Деревня оказалась пустой, только доживали свой век два старика да бабка. Татьянка, увидев их на лавочке около дома, спросила, кто же поставил крест на могилку погибшего рабочего.

– Так мужик приезжал, из ваших мест, на лошади и привез, нашим еще бутылку дал на помин души…
– Что за мужик? Не помните?
– Да горбатенький такой, седой, припадал на одну ногу…
– Отец, – больно кольнуло сердце.

Постояла еще, попечалилась, что без нее похоронили, попросила прощения. И стала жить дальше, постепенно врастая в семью, во внуков, которыми их вскоре одарила дочка. Начала ходить в храм, молилась за покойного отца и всякий раз благодарила мужа за то, что помог ей примириться с собой.

Ах если бы Татьянкин отец принял её жениха…

Ах если бы Татьянкин отец принял её жениха…

Источник

Оцените статью
SayMama.ru
Добавить комментарий