Отравленное детство

Новорожденный

— А Славик — мамочка! А Славик — мамочка!

Мальчишки на гироскутерах, самокатах и великах остановили свое прославляющее начало каникул, торжествующе свободное движение, притормозив около детской площадки, где вместе с бабушками и няньками сгорбившись и отвернувшись от всех сидел на скамеечке и покачивал коляску их одноклассник Славка.

— Славик — девчонка! Фу, отcтoй!

— Слабо с нами?

— Да у него родаки нищие, небось, раз няньку нанять не могут, на чем ему с нами ехать? Да и я бы рядом с таким застремался кататься.

—Лучше бы предохраняться научились, чем юзлес нищету плодить.

— Камон, народ, поехали дальше!

И через секунду их смех и радостные вопли унеслись куда-то в июньский вечер, и только пыль медленно оседала на поникшие петунии.

Отравленное детство

Славик продолжал покачивать коляску. Он привык быть незаметным для всех, кроме этих мальчишек. И никто, кроме него, не знал, как неистово ему хотелось бы мчаться с ними, рассекая знойный, пропитанный бензином и летней неистовой свободой воздух, горланить какие-то глупости, а потом играть в футбол или обсуждать что-то свое, настоящее, мальчишечье, пихаться, обзываться, хохотать, а потом всем вместе залиться в Макдак и наесться там всяких вкусностей, чтобы потом вечером запостить классную тусовку с друзьями в Инстаграм.

Но он знал до боли в сердце, что ничего этого никогда с ним не случится по определению. Худенький, бледный, несуразный, как большинство подростков, он стал привычным явлением в этом московском дворе. В любую погоду он исправно по часам выходил с колясочкой. Сначала с первой сестричкой, потом со второй, теперь вот с братишкой. Он опытно подпирал тяжеленную подъездную дверь, чтобы выкатить коляску, он аккуратно свозил ее по пандусу. Он ходил медленно, по-старушачьи сутулившись, стараясь быть незаметным.

Читайте также:  Почему я рада, что родила только одного ребенка

Славик всегда занимал самую дальнюю скамеечку в углу детской площадки и читал книжку или что-то лихорадочно чертил в свое маленьком блокнотике. Телефон у него был старенький, еще кнопочный. Ни о каком Интернете и речи не было.

Ответственность за малышей обрушилась на него слишком рано и слишком резко, чтобы он успел осознать ее как нечто чужеродное и неправильное. Дело было в том, что папа много и тяжело работал, чтобы обеспечить семью, и большую часть времени проводил в командировках. Он всегда мечтал о большой дружной семье.

А мама, мама жила своей жизнью. Она была художником-дизайнером, не терпела рутины и нудных обязательств. Она была, как салют, неслась по жизни всегда куда-то прочь из дома, прочь от детей, чтобы потом почти ночью ворваться домой рыжеволосым вихрем и запереться в своей комнате, потому что на нее нашло вдохновение творить что-то настоящее, что потом будут обсуждать на выставках и за что будут торговаться на аукционах.

И Славику приходилось вставать ночью к малышам, подогревать питание, менять подгузники, подтыкать одеялко старшим и успокаивать их, чтобы они не мешали маме. А утром, не выспавшийся и разбитый, он шел в школу, где над ним смеялись мальчишки, где его упрекали в лени учителя, где, презрительно и мерзко хихикая, девчонки обсуждали его худенькую шею и сероватые рубашки, которые ему никак не удавалось отбелить.

Няня в семье была, но она быстро сообразила, что большую часть обязанностей можно легко переложить на безропотного мальчика, и никогда не упускала возможности этим воспользоваться. Однажды она просто сказала Славику, что если он не будет делать то, что она велит, малышам будет очень и очень больно, а обвинят в этом его, Славика, и поверят, кончено же, не ему, а взрослой няне. И Славик в этом не сомневался, а потому делал все необходимое. Он любил своих детей — так он называл их про себя — а они отвечали ему взаимностью.

Читайте также:  Брат считает, что я должна кормить его ребенка летом

И только по ночам, мучаясь стыдом, но не в силах этому противостоять, он брал черную ручку, закатывал рукав пижамы и писал на внутренней стороне предплечья «НЕ МОГУ». Он вдавливал ручку так, чтобы было больно, чтобы эта внешняя боль перекрыла невыносимую внутреннюю.

Но и этой боли со временем оказалось мало, и тогда его стал искушать своим острием школьный циркуль…

___

Написано Анной Бессмертной специально для канала "Терапия души".

___

Уважаемые читатели! Ваши отклики драгоценны, потому что выражают ваше уникальное мнение и чувства. Делитесь своими мыслями, это исцеляет и позволяет найти тех, кто на вас похож.

____

Читайте другие статьи: Трагедия старшего ребенка и Я всё ещё твой сын: письмо маме

Источник

Варвара Смолина
Главный редактор , saymama.ru
Более 10 лет я проработала акушером в центральной поликлинике. Успела столкнуться с различными ситуациями при беременности и родах, а также знаю все о материнстве, так как являюсь мамой с 3-мя детьми. Теперь вы можете посмотреть мои советы в интернете.

Оцените статью
SayMama.ru
Добавить комментарий